Советский Союз, при всем его равенстве и братстве, был антисемитским государством. Еще в раннем детстве я заметил, что взрослые подмечают национальность там, где в этом нет смысла. Например, в передаче “Что? Где? Когда?” крупье обращается к условному господину Шпильману, и все такие — о, еврей. С таинственной полуулыбкой, как будто раскрыли шпиона. Или в титрах: продюсер Кацман. Ага, вот этот парень.

Помню, прочитал фантастический рассказ “Песок” о космонавтах, которые застряли на планете-пустыне. Одного из героев звали Шапиро. Я пытался пересказать сюжет бабушке, но она без конца перебивала меня словами “Шапиро это еврей, это еврейская фамилия”.

Я понятия не имел, как определяют еврея. В какой-то момент я думал, что еврей — это любой мужчина в костюме, очках и с щетиной, и что они настолько особенные, что бывают только в телевизоре.

В великой державе с равными возможностями страдали не только евреи, но и представители всех национальных меньшинств. Вспомним, как основатели Яндекса не поступили в ВГУ. У одного еврейские корни, у второго казахские. Значит, на образование высшего ранга претендовать вы не можете.

С годами советские наследие выветрилось из родителей, и больше про евреев я не слышал. Как хорошо, что сегодня не говорят “еврей” при виде человека с щетиной и горбинкой на носу. Ну, кроме совсем больных личностей, малый процент которых всегда найдется. Как здорово, что нынешние дети даже не поймут, о чем речь.